Академический симфонический оркестр исполнит под управлением дирижера коллектива Владимира Альтшулера шедевры романтической музыки. Солист – известный виолончелист, участник престижных международных фестивалей Борис Андрианов.
Вместе с Виолончельным концертом Роберта Шумана – лирическим, страстным и виртуозным монологом солирующего инструмента, будто бы лишь оттененным звучанием оркестра – прозвучит Четвертая «Романтическая» симфония Антона Брукнера. Музыка композитора занимает в творческой биографии Владимира Альтшулера особое место: он продирижировал колоссальным циклом из всех брукнеровских симфоний.
Премьера Четвертой симфонии стала для ее автора судьбоносной. Ганс Рихтер, в 1881 году дирижировавший премьерой, отмечал, что к тому моменту 57-летний Брукнер еще «не пользовался заслуженным почетом». Репетируя эту партитуру, Венские филармоники с удивлением обнаружили, что рядом с ними, оказывается, долгие годы живет и творит композитор, сопоставимый с крупнейшими известными им симфонистами.
Все эти годы Антон Брукнер, широко признанный исключительно как органист, шел к своей цели вопреки всем неудачам, с одержимостью, свойственной тем, кого ведет призвание. Писал музыку и тут же ее переделывал (Четвертую он улучшал почти бесконечно, переписывая заново целые части), ради исполнения симфоний нанимал оркестры за собственные деньги (скромное жалованье, полученное за преподавание в консерватории, университете и частные уроки), сам расписывал партии, сам вставал за пульт.
Какие чувства испытывал Брукнер – застенчивый, мучившийся неуверенностью в себе перфекционист – когда наконец услышал свою музыку в исполнении первоклассного оркестра под управлением выдающегося дирижера, представить сложно. Из источника в источник кочует анекдот о том, как в порыве благодарности композитор вложил в руку Рихтера талер и попросил выпить пива за свое здоровье: позже дирижер признавался, что был тронут бесхитростностью и искренностью этого жеста до слез, а монетку держал при себе до конца жизни – как талисман.
За симфонией закрепилось название «Романтическая», известны даже достаточно подробные программные трактовки ее содержания, против которых автор по крайней мере не возражал, в них – характерный для эпохи строй образов: гордые рыцари, сцены охоты и пиров, и – один из важнейших – образ природы и чувство единения с ней.